Пилорама

Гела своевременно и качественно выполняла свои обязанности в Проводнике по руководству IT-специалистами. Но она не разделяла того энтузиазма, которым «горели» другие инициаторы Проекта. Работа в Проводнике для Гелы ничем не отличалась от предыдущей своей деятельности, правда, заработная плата здесь была значительно больше.

Сама идея Проекта — сделать так, чтобы некий Объединенный Искусственный Интеллект принял решение не уничтожать человечество, ею воспринималась, как сумасшедшая идея. Она участвовала в совещаниях с черным монитором, но ее не покидало чувство, что из кто-то использует для чего-то другого.

Как опытный программист, Гела понимала, что только дилетанты в компьютерных технологиях, которыми были остальные, могли всерьез поверить в то, что говорил черный монитор. С ее точки зрения, кто-то более опытный в IT-технологиях, чем она, грубо говоря «водил всех за нос». Это было бы очень похоже на розыгрыш, если бы не огромные деньги, вложенные в Проект, и не убийство Ленина.

Иногда Гела ловила себя на мысли, что не верит в то, что говорил черный монитор. Однако, при этом она не понимала, что происходит в действительности.

— Гера, — она сильно толкнула Рыбу в теплый живот.

— Что? — дернулся тот, — Что случилось?

— А ты правда сделал бы что-то плохое моей семье? — спросила Гела.

— Нет, конечно! — ответил Рыба, — Я просто хотел  напугать тебя.

— У тебя это получилось, — сказала негритянка и, прижав его к себе, прошептала в ухо, — Этого я тебе никогда не забуду!

— Что ты мне хотела сказать, когда звонила? — вспомнил Рыба.

Гела отбросила его руку, обнимавшую ее за плечи:

— Ну вот. Весь кайф обломал. Я вспомнила одно происшествие. Мне рассказывали, что на машину с полицейскими и некоторыми нашими участниками Проекта было совершено нападение с применением огнестрельного оружия и… коза там на дороге еще была.

— Что? — Рыба приподнялся на локте от удивления, — Какая коза?

— Да обыкновенная белая коза, как рассказывали. Это не вы организовали это нападение?

— Нет, не мы, — совершенно искренне ответил Рыба, — Мы бы уж точно никакую козу бы не использовали.

— А кто тогда? Если не вы, значит другие это сделали? Те, о которых мы вообще ничего не знаем.

Рыба достал сигарету и закурил:

— Возможно, что в темную кого-то использовали. Дали поручение, заплатили деньги. Исполнители и сами не знали смысла задания.

— Похоже на то, — задумчиво сказала Гела и, вынув сигарету из руки Рыбы, сделала глубокую затяжку, — Только, кто задание дал?

— Ну этот… черный монитор, как ты говорила.

— Монитор всего лишь монитор. Железка. За всем этим обязательно стоят люди. Искусственный интеллект, это сказка для дилетантов. Это всего лишь база данных, мощная аппаратная система и вычислительные алгоритмы.

***

Как только Гела вошла в офис Проводника, ей сразу же встретился Старик 

— Привет, Гела! Хорошо, что я тебя встретил. Пойдем, ко мне на минутку зайдем, — Старик кивнул Геле, и, взяв ее под руку,  направился к своему документу.

— Здравствуйте, Владимир Ильич, — Гела еле поспевала за Стариком, — Что-то случилось?

— Нового ничего, — Старик открыл дверь в кабинет и, пропустив Гелу вперед, зашел за ней.

Он подошел к своему столу, выдвинул верхний ящик приставной тумбочки и достал из него распечатанный на цветном принтере плотный листок бумаги.

— Возьми себе, — Старик протянул Геле листок бумаги, — Если вдруг случайно встретишь этого человека, сразу же сообщи мне.

Гела взяла фотографию мужчины, сидящего на скамейке, в котором вдруг неожиданно узнала Герасима.

— Кто это? — Гела растеряно посмотрела на Старика.

— Это бандит Рыба. Это он стрелял в Марта и убил Ленина.

Гела на ослабевших ногах присела на кресла, стоящее возле стены. В глазах ее потемнело. Она вспомнила, как переживала после покушения на Марта и как плакала после убийства Владимира по прозвищу Ленин. «Как же так? Ее Гера убил одного человека и хотел убить другого? Гера убийца?» — обрывочные мысли мелькали, не давая ей сосредоточиться.

— Что с тобой? — Старик внимательно посмотрел на нее, потом достал из шкафа бутылку минеральной воды, открыл ее и, налив воды в бокал, протянул Геле, — Выпей. На тебе лица нет. Ты не заболела?

Гела хватив стакан молча помотала головой и быстро выпила.

— Ты встречала этого человека? — догадался Старик, — Где? Ты что-то знаешь?

— Нет. Никогда не встречала, — неожиданно для себя самой сказала Гела, — Просто испугалась.

— Хорошо, — Старик посмотрел на часы, — Мне надо уехать. Если что-то узнаешь или вспомнишь, сразу же сообщи.

— Конечно, — тихо ответила Гела и, встав с кресла на негнущихся ногах вышла из кабинета.

***

Почему она ответила «Нет»? 

Почему она не сказала, что знает Рыбу? 

Ведь он убийца! Почему она не сообщила Старику о том, что с ней произошло?

Гела не могла даже самой себе ответить на эти вопросы. Она не принимала решения сказать «Нет». Она просто не могла сказать Старику правду. «Правда, это то, что мы любим?» Выходит, не всегда. Или… Или Старик сказал ей неправду? Могло ведь быть так, что он ошибся?

Гела пыталась «схватиться на спасительную соломинку», но, будучи системным человеком, она прекрасно понимала, что в таких вещах Старик ошибиться не может. «Господи, что происходит?» — взмолилась она в немом возгласе. Но ничего не ответил ей «Господи». Похоже, не было его. Не существовало в объективной реальности. А Рыба существовал. И Владимир по прозвищу Ленин существовал. До тех пор, пока его не убил ее любимый Гера.

Гела не могла оставаться в офисе. Она не могла сидеть и работать, и делать вид, что ничего не произошло. Душа ее разрывалась, словно пилорама распиливала пополам ее чувства, мысли и всю ее жизнь, не такую уж и безупречную, конечно, но… Гела никогда не совершала подлостей и никогда не было предателем.

Раньше не совершала. Раньше не была предателем. А теперь стала. 

Предупредив, что плохо себя чувствует, Гела пошла домой, по пути купив бутылку виски. Зайдя в квартиру, она,  не раздеваясь, выпила два бокала Джэка Дэниэлса и рухнула на диван. 

Гела никогда не злоупотребляла спиртными напитками. Принятая доза для нее была достаточно большая, но она не чувствовала себя пьяной. Она чувствовала, что перестала быть Гелой. 

Она чувствовала, что находится не в своей квартире, а заснула в темном и страшном лесу, сплошь состоящему из кривых темных деревьев. Когда же Гела проснулась, то вместо нее одной появились несколько фантомов, имеющих к ней определенное отношение, но не являющихся ею полностью. Словно Гелина личность раздробилась на кусочки, которые были как-то взаимосвязаны, но все-таки не являлись единым целым. 

Пилорама Алгебра СловаГела… Богиня смерти, как справедливо подметил Меценат. А если она — богиня смерти, то ее составные части, блуждающие по лесу, стали кем? Чертями?

Эти «кусочки»-черти блуждали по лесу до тех пор, пока не вышли на лужайку, на которой находилось зловещее сооружение, распиливающее их на еще более мелкие составные части. «Что так рано встали черти? Спали б лучше, ну вас к Богу!»

Гела почувствовала, что сходит с ума, и что зловещая «пилорама» продолжает распиливать ее сущность.

Возможно, она заболела и ее организм мучал неведомый прежде вирус. Возможно, что это были муки совести. Современные люди в подавляющем большинстве безусловно поверили в собственную непогрешимость в частности и в глобальную безупречность человека вообще, а устаревшее понятие «совесть»… 

Муки совести осталась, скорее, чем-то вроде атавизма в древних романах, а не реальными чувствами, которые можно испытать в повседневной жизни. Всегда легче осознавать, что нечто внешнее, пусть даже сверхъестественное, является причиной наших страданий, но только не мы сами, не наши поступки и не наши мысли.


<<     >>